Category: отношения

Category was added automatically. Read all entries about "отношения".

lion

Прощение банкира Данглара

Меня всегда удивляло, что граф Монте-Кристо из всех своих врагов простил именно Данглара. Мне Данглар казался самым отвратительным из четвёрки злоумышленников, исковеркавших жизнь Эдмону Дантесу.

У трёх остальных можно найти хоть какие-то смягчающие обстоятельства.

Кадрусс — человек довольно безобидный, не злой, но слабый. Он не зачинщик заговора против Дантеса, а сам скорее жертва обстоятельств, которым не сумел противостоять.

Вильфором двигал страх за свою карьеру и жизнь. Если б он не упёк Дантеса в тюрьму, то мог бы погореть сам. Поступок Вильфора подлый, но когда стоит выбор между чужой жизнью и своей, далеко не каждому хватит смелости пожертвовать собой ради едва знакомого чужака.

Фернану, чтобы сохранить верность дружбе с Дантесом, требовалось навсегда отречься от любимой девушки, без которой он не мыслил своего счастья. Такое отречение требует немалой силы воли. Не у каждого она есть.

А вот Данглар не терял ничего и ничем не рисковал, он просто хотел нажиться, сделать бизнес. Над ним не висел дамоклов меч, его не терзала несчастная любовь, он просто был сволочью по природе своей.

Однако именно Данглара Дантес простил, расквитавшись с тремя остальными.

А мне вдруг сделалось интересно: что подразумевал этим Дюма?

Считал ли он, что прощение будет краше, если достанется самому гнусному из негодяев? Духовный подвиг прощения от этого словно бы возрастёт?

Или с позиций Дюма вина Данглара была не столь велика, как оцениваю её я? Может, даже, по-своему, извинительна? Деловой человек, вопросы имущества, по меркам эпохи всё цивильно и респектабельно, не то что чужую невесту увести или ввязаться в заговор против власти.

Или Дантесу стало просто уже всё равно, кого прощать? Он насытился местью, почувствовал себя равным богу, и решил опробовать новый уровень божественных опций на том единственном, кто остался? :)
lion

О мужской сексуальности

Если какой-нибудь популярный певец, актёр или иная знаменитость мужского пола меня чем-то неуловимо раздражает без всяких объективных на то причин — я понимаю, что это и есть та самая мужская сексуальность.

Нечто, привлекательное для девушек, но отталкивающее для мужской половины человечества. (Нетрадиционной ориентации сейчас не касаюсь.)
lion

Краткий курс молодого гуру

Если хотите прослыть великим теоретиком, гуру, оракулом или мессией, вам следует придерживаться нескольких простых правил:

1. Время от времени изрекайте взаимоисключающие вещи. Вашим сторонникам будет о чём поспорить.

2. Прогнозы формулируйте нечётко, лучше иносказательно. Конкретика – вещь одноразовая и прозаичная, как бумажный стаканчик.

3. Сами прогнозы должны обещать и стращать. Притом изрядно. Умеренность тут губительна. Если ваш кнут и пряник легко добыть в соседней лавчонке, значит вы не гуру, а дешёвый пустозвон.

4. Предсказания старайтесь делать так, чтобы они не сбывались. Если они исполнятся, люди вскоре о вас забудут.

5. В ученики выбирайте тех, кто принципиально не способен вас понять. Настоящее ученичество строится не на понимании, а на любви и ревности.

6. Ваши идеи должны быть сплавом традиционного и нового, при условии, что всё новое в них абсурдно, а всё традиционное выдумали вы сами.

7. Нужно уметь сформулировать всю историю человечества в виде предисловия к вашей Идее.

8. Ваша Идея должна содержать панацею от смерти. Тогда ваши адепты не дадут и вам умереть окончательно. Если, конечно, вас устраивает существование в виде чужой массовой галлюцинации.

9. Чего бы ваша Идея ни говорила о любви, она с ней несовместима. Потому самые верные ваши сторонники будут из тех, кто умеет хорошо ненавидеть.

10. Всегда говорите правду. Помните: правдой становится любая чушь, если вы в неё искренне верите.

11. Совершайте чудеса. Костяк чуда – всего лишь удачно изречённая фраза. Остальное приложится, очевидцы найдутся.

12. Знайте: когда вам надоест, вы не сможете просто взять и уйти. «Гуру» — клеймо несмываемое. Люди будут говорить за вас, вашими словами, – а вас будет тошнить и от этих слов, и от людей, и от себя самого.

13. Лучшее, что вы можете сделать, став гуру, это умереть молодым. Худшее – дожить до воплощения вашей Идеи.
lion

«Зависть», Юрий Олеша

Роман «Зависть» показался мне странным в своей неоднородности. Начал автор за здравие, а закончил как будто пшиком.

В первой части развёрнуты роскошные декорации, появляются интригующие образы: бедствующий молодой интеллигент Николай Кавалеров, не сумевший вписаться в новый пост-революционный мир; его непрошенный и ненавистный благодетель Андрей Бабичев (которого критика окрестила Четвёртым Толстяком, пришедшим на смену свергнутым Трём); загадочный брат Бабичева, Иван, движимый полумистическими идеями. Юная Валечка, глуповатый красавец-футболист Володя Макаров... Загадочные отношения всех этих людей, терзающие Кавалерова своей непостижимостью. И наконец непростительное оскорбление, которое Кавалеров наносит своему спасителю, а затем — изгнание, не то из рая, не то из ада...

А следом идёт невразумительная вторая часть. Сменяется лицо повествования: сначала рассказ вёлся от имени Кавалерова, теперь же автор словно глядит на него со стороны. Причины смены ракурса не поясняются.

Полнее раскрывается образ Ивана с его нетривиальной теорией «заговора чувств». Действие колеблется между реальностью и фантастическими видениями, и в фантастической части является некая всесильная одушевлённая машина-разрушительница по имени Офелия. Прямых параллелей нет, но мне эта Офелия представилась неким гибридом куклы наследника Тутти и обратившегося в чудище учёного Туба.

Противостояние братьев Ивана и Андрея вызывает в памяти отдалённые библейские ассоциации.

Внешний облик Андрея Бабичева перекликается не только с образом Толстяков из Олешиной сказки, но одновременно и со свергнувшим их Просперо, и с ничтожным силачом Лапитупом.

Блистательные метафоры рассыпаны по тексту столь же щедро, как и в «Трёх толстяках»: «С Тверской я свернул в переулок. Мне надо было на Никитскую. Раннее утро. Переулок суставчат. Я тягостным ревматизмом двигаюсь из сустава в сустав. Меня не любят вещи. Переулок болеет мною.»

Краткие рубленые фразы тоже исполнены в лучших традициях Олеши.

Финал однако разочаровывает. Кавалеров напивается до скотского состояния, избивает свою сожительницу, переживает нервную горячку и, наконец, не в силах вынырнуть из грязи, погружается в трясину полной беспросветности и унижения.

Сам Олеша считал, что созданный им роман — на века. У меня же возникло ощущение, что «Зависть» в значительной мере встроена в контекст конкретной исторической эпохи. Противостояние старого и нового мира, отражённое в романе, актуально лишь на стыке этих миров, то есть в первые лет 10 после победившей революции. Когда ощущение «зари нового мира», разлитое по всей стране, ещё не утратило новизны, ещё не схлынул энтузиазм «строителей будущего», а старый мир ещё жив в памяти даже достаточно молодых людей.

Думаю, уже в 1930-е – 40-е годы проблематика романа во многом превратилась в абстракцию, оторванную от реальной жизни и ценную скорее как памятник недолгой, но яркой эпохи.
lion

Два вида верности

Задумался я сегодня об одном противоречии в собственных взглядах.

Почему-то с давних пор, когда я слышал, что чья-нибудь семья распалась из-за супружеской измены, меня охватывало недоумение: «ну, подумаешь, кто-то кому-то изменил, муж жене, или жена мужу... стоило ли из-за этого рушить отношения?»

С другой стороны, я вообще-то очень ценю верность, преданность, постоянство в любви, в симпатиях и убеждениях, а вот «перебежчиков» всякого рода недолюбливаю.

Поразмыслив над этой нестыковкой, я пришёл к выводу, что верность бывает двух видов: верность на уровне чувств и верность на уровне поступков. Соответственно, и предательство тоже бывает таких же двух видов.

И ценю я именно верность в чувствах. А значит, если человек любит свою вторую половинку, и любовь эта никуда не делась, то не всё ли равно, что он там делает с кем-то третьим? А вот если измена означает прекращение прежней любви, тогда да, это гадость. Но «прекращение любви», на мой взгляд, — само по себе гадость, даже без всяких измен. Потому что это предательство чувств. И измена (предательство действием) тут уже роли не играет, ибо это нечто вторичное.

Обратная же ситуация — когда чувств уже нет, но человек упорно хранит верность в поступках, — у меня тоже вызывает мало радости. Ибо в этом случае, поступки, внешне кажущиеся символом верности, на самом деле оказываются фальшивыми, неискренними. Фактически это имитация, суррогат.

Любопытно ещё, что ни за первый, ни за второй вид предательств, получается, нельзя человека осуждать. За предательство действием — нельзя потому, что действия вторичны, а важны лишь чувства. А за предательство чувств — тоже осуждать нелепо, поскольку над своими чувствами человек не властен: сердцу-то не прикажешь.

Единственное, что хорошо бы как-то сходу уметь определять людей, склонных к «предательству чувств», и тогда уже заведомо с ними не связываться.

P.S. Все рассуждения чисто теоретические, к реальным людям никак не относятся.

lion

«История любви Полосатого Кота и Сеньориты Ласточки», Жоржи Амаду

Сказка симпатичная, хотя и примечательна не столько сюжетом (он очень прост), сколько стилистикой и настроением. По стилю как раз напоминает смесь Андерсена, Маркеса и Софьи Прокофьевой. И чуть-чуть Родари. Жаль только, концовка скомканная.
lion

Бахнов

Вообще, конечно, можно было догадаться, что Бахнов — автор вымышленный. Всё-таки идея женить Страшилу — чисто женская по сути.

Автор-мужчина эту тему мог бы только обстебать, как Эот Линг, или ограничиться лёгким шутливым намёком на флирт, как Баум. Но чтобы всерьёз —  тут, конечно, надо быть женщиной))
lion

Про ханжество

На просторах сети я периодически замечаю слово "ханжество". Причём упоминается оно практически всегда в одном и том же контексте - а именно, по отношению к тем людям, кто негативно воспринимает свободу нравов в сексуальном плане.

Однако, думается мне, что далеко не во всех этих случаях уместным будет понятие "ханжество". Дело в том, что настоящее ханжество, как мне кажется, обязательно включает в себя компонент лицемерия, неискренности. Поэтому, если человек осуждает сексуальную вседозволенность не только напоказ, применительно к другим, но вполне искренне, и по отношению к своей собственной жизни тоже, - ханжой его называть неправильно. Он может быть ретроград, но не ханжа.

Правда, сторонники сексуальной свободы часто бывают убеждены, что относиться к сексу плохо "на полном серьёзе" - просто невозможно, ибо секс является одним из самых значимых удовольствий для любых представителей человеческого рода, за исключением лишь некоторых извращенцев, фригидных и инвалидов. Соответственно, секс должен нравиться всем, только одни признаЮт это открыто, а другие лицемерят, изображая из себя высоконравственных пуритан.

Но в подобном рассуждении есть один изъян. Люди, которых подозревают в негативном отношении к сексу и на этом основании клеймят ханжами, на самом деле могут осуждать не секс как таковой во всех его проявлениях, а только лишь фактор публичности, придаваемой этому явлению.

Действительно, такие вещи, как, например, любовь, вера или даже просто манера одеваться - относятся к личной, интимной сфере человека. Равно как и секс, и ещё многое другое. Делать ли эти свои личные вещи достоянием общественности - индивидуальный выбор и право каждого. Но нельзя требовать от всех окружающих, чтобы им нравилось созерцание чужих интимных сторон жизни. Одним это интересно, другим наплевать, а третьих может и раздражать - и все три вида реакции вполне нормальны.

Я, например, знал человека, которого возмущала существующая в обществе практика изучать и публиковать личную переписку великих людей - дневники писателей, любовные письма поэтов. И возмущался он не потому даже, что, к примеру, Пушкин не давал разрешения на такое вот копание в своих бумагах, а просто потому что какие-то вещи должны оставаться за закрытыми дверями. Ибо постороннему человеку глядеть на них неловко.